Представитель Мингосимущества подтвердила законность процедуры проведения аукциона, в связи с которым предъявлены обвинения Сорокину

11.02.2019 в 09:55, просмотров: 1413

8 февраля в Нижегородском районном суде продолжилось рассмотрение второго эпизода дела в отношении экс-главы Нижнего Новгорода Олега Сорокина и бывших сотрудников МВД Евгения Воронина и Романа Маркеева, по которому Сорокина обвиняют в получении взятки от бизнесмена Мансура Садекова в связи с земельным аукционом в 2012 году.

Были допрошены два свидетеля. Свидетель Анна Мизюкова, которая в то время курировала организацию земельных аукционов в должности замминистра государственного имущества и земельных ресурсов и входила в инвестиционный совет при губернаторе Нижегородской области, рассказала, что интересующий суд аукцион был заявлен на обычных условиях. Тот факт, что компания «Инградстрой» стала его единственным участником, по словам Мизюковой, было обычным явлением, так как начальная цена заявлялась высокая. Из-за отсутствия других участников конкурс не состоялся и права на участок получил «Инградстрой».

Впоследствии компании «Вектрон» и «ЖБК-Строй» опротестовали проведение аукциона в Федеральной антимонопольной службе. Заявок на участие в конкурсе они не подавали. При этом «Вектрон» никогда не занимался строительством в регионе, а «ЖБК-Строй» построил только один объект. По требованию нижегородского управления ФАС сроки подачи заявок на аукцион были увеличены. Были приняты судебные решения, которые сняли претензии к законности проведения конкурса.

Вторым свидетелем выступил депутат Думы Нижнего Новгорода Евгений Лазарев. По его словам, компания «ЖБК-Строй», которую он возглавлял, не успела подготовить в срок документацию и по этой причине не смогла участвовать в конкурсе. При этом Лазарев и и вместе с ним государственный обвинитель запутались в терминах и заявили, что на аукцион надо было предоставить проект планировки и межевания. Анна Мизюкова и Олег Сорокин в ходе перекрестного допроса смогли пояснить, что это не так. В действительности участники аукциона должны были представить только предложения, причем в свободной форме, например, в виде списка запланированных к возведению на данном земельном участке объектов.

«Господин Лазарев в 2012 году просто в силу недостатка опыта, плохой организации работы не смог принять участия в аукционе — по чисто субъективным причинам», — отметил адвокат Дмитрий Артемьев.

По словам Артемьева, свидетеля Мизюкову то и дело прерывали, обвинитель пытался навязать ей свою позицию, а Лазарев, который известен своей неприязнью к подсудимому Сорокину, говорил много и выражался свободно. Он высказывал предположения и делился своим мнением, и суд не только позволял ему это делать, но и не давал защитникам заявлять возражения

«Вот именно это я называю политикой двойных стандартов», — возмутился Артемьев.

В конце заседания адвокаты попытались обсудить ежедневный график суда. Часто слушания заканчивают поздним вечером, иногда даже около полуночи. Подсудимые страдают от бытовых неудобств. Некоторые из них имеют тяжелые заболевания и могут серьезно надорвать здоровье. Кроме того, жесткий график не оставляет возможности для конфиденциальных консультаций с защитниками.

«Мы неба не видим, у нас нет возможности погулять — только ночью, в темноте, — обратился к суду Олег Сорокин. — Вы видите, что я занимаю активную защитительную позицию, но у меня нет возможности советоваться с адвокатом. Прошу давать нам хоть один день на неделе, чтобы мы могли готовиться к суду, стирать, гулять».

Дмитрий Артемьев хотел заявить соответствующее ходатайство, но судья не дала ему это сделать, сославшись на то, что защитники долго заявляли возражения, и отложила заседание до 11 февраля.

«У защиты с понедельника заготовлено ходатайство об изменении графика, — рассказал Артемьев. — Но по надуманным причинам нам это ходатайство не дают заявить. Это можно назвать наказанием, которое суд применяет к стороне защиты просто за ее активную позицию».