Новое разделение педагогического труда

На пороге революции в общем образовании

13 сентября 2017 в 13:04, просмотров: 864

Помимо освоения предметов, школа должна помогать человеку в освоении навыка осознанного управления собственным будущим. Такова сверхзадача общего образования, осознанная во всех цивилизованных странах, и в том числе в России. Она тесно связана с ответственностью и диктует обстоятельства, которые необходимо широко обсуждать, чтобы учесть многочисленные нюансы и построить оптимальную образовательную систему.

Новое разделение педагогического труда
Александр Федоров, ректор НГПУ им. К. Минина Фото: Елена Пронина

Школа, пожалуй, единственный инструмент в руках государства, который через управление содержанием и логистикой взросления гражданина формирует желаемое будущее. При этом никакая школа не может справиться с этой задачей самостоятельно. Образовательная деятельность является locus communis – общим местом, или общим делом, в котором участвуют три субъекта, каждый из которых обладает высокой долей ответственности и сложной организацией.

Один из них – школа. В современных российских реалиях учебные заведения общего образования многообразны и в большой степени отличаются друг от друга. Форма организации школьного пространства во многом зависит от директора и педагогического коллектива. Нельзя возлагать на школу все бремя обязанностей за воспитание гражданственности. Оно должно быть в равной мере разделено со вторым субъектом – семьей.

Семья является не менее сложно устроенным социальным институтом, в настоящее время переживающим серьезную трансформацию. В Советском Союзе к нему относились с почтением и официально именовали ячейкой общества, но сегодня, кажется, ситуация несколько изменилась. Мы прекрасно понимаем, что для строительства корабля необходимо инженерное образование, но при этом искренне считаем, что быть родителем – это само собой разумеющееся и никакого образования для того, чтобы воспитать человека, не нужно.

Действительно, чтобы родить ребенка, в образовании нет нужды, но чтобы быть родителем, необходимо учиться. Практически ни одна государственная образовательная система в мире этим целенаправленно не занимается. Исключение составляют Южная Корея и Финляндия, где много лет назад были учреждены специальные вводные курсы для родителей, предполагающие краткое, но содержательное обучение правам и обязанностям в отношении взрослеющего человека от рождения до совершеннолетия.

В этом много хорошего, но слепо копировать эту практику нельзя. Пока мы видим, что она эффективна в том случае, если выстроена жесткая ювенальная политика. Так, в Финляндии педагог обладает беспрецедентными правами и рычагами, позволяющими вмешиваться в дела семьи. У России свой путь, обусловленный особенностями социальных и прочих процессов, протекающих на данной территории. Для того чтобы в полной мере учесть их при построении оптимальной модели воспитания гражданственности, необходимо помнить о том, что в ней есть и третий равноправный субъект – ребенок.

Западноевропейское общество движется к пониманию семьи как персонального мира конкретного человека, который управляет сам собой. Например, в Финляндии учитель действует автономно. Это важнейший принцип финской системы общего образования. Там нет такой разветвленной системы надзора за педагогом, которая есть в России. И это доверие возникло в результате проведения системной и последовательной государственной политики, а также установления доверительных отношений, или настроения доверия, между учителем, представляющим школу, семьей и ребенком.

В современном российском обществе уровень доверия крайне низок. Печальная история девятиклассника подмосковной Ивантеевки, который пришел в школу с оружием и ранил учительницу (также пострадали несколько школьников, которые в панике выпрыгивали в окна. – Ред.), об этом свидетельствует. Узнав о случившемся, министр образования Ольга Васильева заявила о том, что в школы необходимо вернуть психологов. Кое-где они остались, но в последние пять лет их энергично сокращали по всей стране и сегодня это профессия вымирающая. Но даже если мы вернем ее в полном объеме, этого недостаточно. Школьный психолог не имеет ни полномочий, ни возможностей заниматься каждым ребенком отдельно. Речь должна идти о новом разделении педагогического труда, по масштабу сравнимом с переходом от феодализма к капитализму. Федеральная программа «Национальная система учительского роста», которая стартует в следующем году, является шагом именно в этом направлении.

Суть в том, что наряду с предметным обучением, основанным на новейших цифровых методиках и онлайн-обучении, школьники должны получать и не менее важные метапредметные навыки – умение вести проектную деятельность и работать в группах. Модерировать эту ответственную и непростую работу должен отдельный человек, не связанный задачами предметного образования. Групповая работа предполагает распознавание скрытых опасностей и возможностей в коллективе, микрогрупп, которые находятся на разных стадиях образовательного процесса и двигаются по разным траекториям развития. Для этого необходимо разделить класс по психопрофилям, выявить эти микрогруппы, проанализировать психотип каждого ученика, то есть потратить колоссальное время и усилия и, конечно, иметь специальную подготовку.

Мининский университет дает ее своим студентам, но до тех пор, пока соответствующее разделение труда не произойдет в общем образовании, это системой не станет. В школе должны появиться как минимум четыре профессии: традиционный учитель-предметник; ответственный за формирование и реализацию индивидуальных образовательных траекторий тьютор; ведущий проектную групповую деятельность модератор; ориентированный на выявление и устранение отклонений в образовательном процессе корректировщик. Именно такой педагогический коллектив способен научить детей осознанному управлению своим развитием.






Партнеры