Растет число нижегородцев, обратившихся за помощью к уполномоченному по правам ребенка

05.06.2019 в 17:48, просмотров: 726

День защиты детей. Помню времена, когда это название казалось странным – от чего или от кого нужно защищать ребенка в справедливом советском обществе. С тех пор многое изменилось. Нынешний жизненный опыт подсказывает: детей, их права, действительно нужно защищать. Наш разговор с уполномоченным по правам ребенка по Нижегородской области Маргаритой Ушаковой – об этом.

Растет число нижегородцев, обратившихся за помощью к уполномоченному по правам ребенка
Прием граждан Фото: аппарат уполномоченного по правам ребенка

- В минувшие выходные прошел День защиты детей. Можно подвести некоторые итоги вашей работы за год. Часто ли к вам обращаются за защитой прав ребенка? С какими проблемами чаще всего приходится разбираться?

- Одно из самых важных направлений в работе уполномоченного по правам ребенка – это работа по обращениям граждан. Наш аппарат призван защищать права ребенка в дополнение к тем структурам, которые существуют: это и органы исполнительной власти, местного самоуправления, правоохранительная, судебная системы. Да и родители – самые главные «правозащитники» для своих детей. К уполномоченному обращаются тогда, когда какой-то из институтов дает сбой, или люди не знают, к кому идти. Обращаются обычно с какими-то «точечными», очень конкретными проблемами. С каждым годом количество обращений в адрес уполномоченного растет. За 2018 год в аппарат уполномоченного поступило 1491 обращение.

Они касаются самых разных сфер жизни ребенка: образование (в широком смысле слова), здравоохранение, социальное обеспечение, жилье, информационная безопасность и так далее. Права ребенка, к сожалению, иногда нарушают и сами родители. Тогда приходится заниматься защитой права ребенка на семью, общение с родителем (если они разведены и один из них проживает отдельно), право на общение с бабушками и дедушками – целый комплекс проблем.

Примерно каждое третье обращение было удовлетворено в той или иной степени. По половине обращений даны разъяснения: что нужно сделать, чтобы добиться восстановления прав ребенка. Например, родителям отказали в зачислении ребенка в образовательное учреждение. Мы начинаем разбираться, выясняем, что отказ необоснованный, прорабатываем вопрос с теми структурами, которые за него отвечают, а вот потом родители должны снова подать документы.

Есть и такие ситуации (порядка 7-10 %), когда мы начинаем разбираться и выясняем, что права ребенка не были нарушены. При назначении выплаты на третьего либо последующих детей некоторые родители считают, что выплата положена и на четвертого, и на пятого. Но по закону, если на третьего ребенка средства уже выделили, то на последующих пособие не выплачивается.

Конечно, хотелось бы, чтобы на всех детей выдавали пособие, но в законе написано по-другому, и здесь нет нарушения прав ребенка.

Большая работа ведется по просвещению несовершеннолетних. Мы с ними встречаемся, рассказываем об их правах. Но прав не бывает без ответственности, без обязанностей. Об этом мы тоже говорим.

Конечно, эту работу мы проводим не в одиночку. Правовым просвещением занимаются и другие структуры. Кроме того, мы сотрудничаем со многими некоммерческими организациями, которые решают проблемы различных категорий несовершеннолетних.

- Какие вопросы чаще всего задают на этих встречах?

- Как правило, это вопросы по конкретным ситуациям, либо по взаимоотношениям в коллективе (с педагогами, одноклассниками), либо по ситуации в семье. Однажды мы встречались с несовершеннолетними, отбывающими наказание. Это не очень показательный пример, так как таких у нас, к счастью, немного, но все-таки. Молодой человек обратился с вопросом по поводу условно-досрочного освобождения. Он мог бы быть освобожден за примерное поведение, но парень-сирота и жилья у него нет, а наличие собственного угла – одно из условий УДО. Мы решили эту проблему при помощи администрации района и администрации колонии. Местная власть дала гарантию, что при освобождении молодому человеку дадут жилье.

Много вопросов о том, имеет ли право педагог определенным образом себя вести и что нужно делать. Разъясняем, на что имеет право учитель, на что имеет право ученик и какая ответственность, если подросток нарушает какие-либо правила.

- Сейчас довольно много случаев, когда конфликты в школах приобретают гигантские масштабы.

- Если смотреть по разделу «Образование», у нас больший процент составляют жалобы на конфликты в образовательных учреждениях. Причем зачастую эти конфликты могли бы быть разрешены на самой ранней стадии. Нужно только классному руководителю или администрации школы вмешаться и принять меры. В школах создаются конфликтные комиссии, службы медиации, но, к сожалению, не везде. И не везде они срабатывают.

- Иногда детей нужно защищать и от их родителей. Много ли нижегородцев было лишено родительских прав?

- Особенно дети нуждаются в защите, когда родители разводятся. В этой ситуации дети часто выступают элементами манипулирования. Родители забывают о детской душе, о том, что у ребенка ранимая, еще не до конца сформировавшаяся психика. Начинают сводить счеты, выяснять отношения, не принимая в расчет ребенка. В таких случаях мы предлагаем родителям пройти курс работы с семейным психологом. По счастью, у нас есть организации, которые оказывают такие услуги бесплатно.

После такого курса, если даже супруги решают расстаться, они начинают действовать с учетом интересов ребенка.

Есть и асоциальные семьи, для которых жизнь и судьба ребенка – пустой звук. В таких случаях органы опеки и попечительства, полиции, комиссии по делам несовершеннолетних принимают решение о сборе документов на лишение родительских прав.

Сейчас суды все-таки нацелены на то, чтобы сохранить для ребенка семью. Не могу сказать, что всех огульно лишают родительских прав. Да и законодательством предусмотрено, что лишают родительских прав только в ситуации, когда создается непосредственная угроза жизни и здоровью ребенка.

В прошлом году 947 родителей были лишены родительских прав. Нужно признать, что с каждым годом это количество уменьшается примерно на 100 человек.

- Мне кажется, общество не всегда знает, как на такие семьи реагировать. Если в соседях, то может быть еще обратятся в органы опеки и попечительства или к участковому. А если на улице, в магазине, в поликлинике видишь, как родители третируют детей, что делать? Ведь на замечания часто отвечают «Мой ребенок – что хочу, то и делаю».

- К нам иногда поступают обращения от неравнодушных граждан. Мы перенаправляем дело в полицию, органы опеки и попечительства, администрации районов, чтобы они организовали межведомственный выход в семью, проверили информацию. Но бывают случаи, когда люди пытаются свести счеты с соседями.

В прошлом году ко мне пришла с просьбой о помощи многодетная семья. У них конфликт с соседями из-за шума. На семью нажаловались, написали во все органы, что там детей бьют. И теперь к ним ходят и из полиции, и из органов опеки и попечительства, и социальный патруль. Родители боятся, что у них отберут детей.

Я их успокоила. Посоветовала быть открытыми, показывать всем проверяющим, как живут дети. Конечно, это нервирует, но детей необоснованно никто не отберет.

Хотя при уполномоченном действует рабочая группа, которая разбирается с жалобами на то, что у семей незаконно отбирают детей. Мы с такими случаями работаем очень въедливо, внимательно. Если видим необоснованное вмешательство в дела семьи, решаем этот вопрос. Например, маму, которую увидели один раз в состоянии алкогольного опьянения с ребенком, сразу лишили родительских прав. А это был единичный случай. Она купила в ларьке некачественный алкоголь и не столько опьянела, сколько отравилась. При разбирательства же не опросили соседей, проигнорировали отзывы с места работы и так далее. Мы, в составе межведомственной рабочей группы, в которую входят представители министерства образования, здравоохранения, социальной политики, областной комиссии по делам несовершеннолетних, полиции, Следственного комитета, прокуратуры, некоммерческих организаций, разобрались, вернули ребенка в семью. Мы открыты к взаимодействию. Каждая структура проверяет, не было ли нарушений со стороны какого-либо органа, находящегося в ее ведении.

Что касается случаев, когда вы не знаете семью, но видите, что детей обижают, обязательно нужно делать замечания. Для кого-то это может послужить толчком, чтобы изменить свое поведение. Если вы скажете, я, соседи, коллеги, то есть вероятность, что человек осознает неправильность отношения к ребенку.

- Есть ли в вашей практике случаи, которые вы можете положить в свою «копилку добрых дел», чтобы вспоминать об этом с удовлетворением?

- Да, таких очень много. Я расскажу один случай. Ко мне обратилась опекун мальчика-сироты. Он с родителями приехал в Нижегородскую область в 2014 году. Здесь осиротел. Но он не является гражданином России. Из-за этого было много проблем и в системе образования, и по медицинским услугам и так далее. Мы стали разбираться.

У мальчика были дальние родственники на Украине, но он категорически не хотел туда возвращаться. Больше того, он мечтал стать гражданином России и служить в армии.

Ему уже шел пятнадцатый год. Мы поработали вместе с миграционной службой и администрацией района, оформили ему гражданство. Он учится сейчас в кадетском корпусе. И паспорт ему вручали в день принятия присяги, в торжественной обстановке.

Конечно, это здорово, когда мечта ребенка исполняется. Есть и не такие яркие ситуации. Но для семьи они много значат.

Наверное, самый главный наш враг, в общечеловеческом плане, это равнодушие. Если семья оказалась в трудной ситуации, нужно помочь. Не всегда это даже какие-то материальные вещи. Иногда достаточно выслушать и дать совет, проявить заинтересованность, объяснить. Не подставить плечо в трудную минуту – могут начать горе заливать, зло срывать. Семья – это очень хрупко, хотя и очень прочно.