Масштабный ремонт на Щелоковском хуторе

В музее-заповеднике «Щелоковский хутор» началась реставрация

В музее-заповеднике «Щелоковский хутор» началась реставрация
Фото Андрея Абрамова

Муниципальный архитектурно-этнографический музей-заповедник «Щелоковский хутор» – место для Нижнего Новгорода особенное и с особенной, непростой судьбой. Он создан на основе музея архитектуры и быта народов нижегородского Поволжья, открытого в начале 1970-х годов. Здесь собраны на хранение образцы русской деревянной архитектуры конца XVII – начала ХХ веков, а сама территория музея – это более 35 гектаров леса, являющегося памятником природы регионального значения.

Впервые за долгое время началась реставрация объектов, «Щелоковский хутор» переживает время обновления – об этом мы и поговорили с директором Мариной Бугровой.

– Марина Станиславовна, начало масштабной реставрации объектов музея-заповедника – событие долгожданное. Что способствовало этому и сколько объектов будет восстановлено?

– Начну с того, что проблема состояния памятников деревянного зодчества многолетняя. К моменту передачи музея от области городу в 2014 году все 15 объектов уже были аварийными. Когда мы стали муниципальным учреждением культуры, был отреставрирован колодец со ступальным колесом – постройка конца XIX века, перенесенная из Городца.

Остальные объекты ждали своего часа… И нам повезло – музей-заповедник включили в программу подготовки празднования 800-летия Нижнего Новгорода, были выделены федеральные средства с софинансированием из регионального и муниципального бюджетов. В 2019 году была подготовлена документация по пяти объектам: верховому овину конца XIX века, ямному овину конца XIX столетия, малой Покровской церкви 1672 года постройки, ветряной мельнице конца XIX века и дому Павловой середины XIX столетия – уникальному, украшенному глухой резьбой, со сложной планировкой.

В конце года были разыграны аукционы на общую сумму 40,4 миллиона рублей, заключены контракты, и началась реставрация всех пяти объектов. Работы по четырем будут закончены в 2020 году – это мельница, два овина и церковь. Дом Павловой является переходящим объектом, у него достаточно длинный реставрационный цикл, и он будет завершен в конце 2021 года.

– Вы неоднократно говорили, что специалистов по реставрации объектов деревянного зодчества найти сложно…

– С реставрацией деревянного зодчества возникают две большие проблемы. Первая проблема – расценки. При расчете смет используются реставрационные расценки 1984 года с коэффициентом 2012 года – они являются настолько низкими, что на первый аукцион вообще никто не вышел. По таким расценкам просто невозможно работать. И это общероссийская ситуация.

Вторая, тоже общероссийская, проблема – отсутствие специалистов. И даже когда они находятся, вступает в силу 44-ФЗ. Вот у нас на ветряной мельнице работают прекрасные специалисты московский фирмы «Нагель». А выиграла этот аукцион питерская компания «АВК-Групп», которая по нашей рекомендации взяла на субподряд для такой работы специалистов ООО «Нагель». Почему же так получилось? Когда проходит аукцион на объект культурного наследия, есть ограничения по допуску. Фирма должна иметь лицензию Министерства культуры РФ на реставрацию памятников деревянного зодчества. Второе важное ограничение – наличие выполненного контракта на сумму 20% от начальной максимальной цены. То есть фирма должна показать, что она уже выполняла подобную работу. Но – внимание! – просто контракта на реставрацию ОКН. Без конкретизации, что это объект деревянного зодчества. «АВК-Групп» – первоклассные специалисты, они реставрируют объекты культурного наследия в Санкт-Петербурге и других городах России. Но в основном они работают с камнем, не с деревом. А у фирмы «Нагель» нет больших государственных контрактов, но есть опыт. Те, кто восстанавливал деревянные постройки XVI–XVII веков, кто награжден всероссийской премией «Хранители наследия», по формальному признаку не подходят. И получается, что такие небольшие фирмы, в которых работают реальные специалисты по деревянному зодчеству, вообще не попадают на конкурс.

Также на площадке работают еще два подрядчика: компания «Зодчие северо-запада» из Москвы (за ними дом Павловой – наш самый важный и сложный объект, Покровская церковь из села Зеленое) и фирма «РегионРесурсГрупп» из Нижнего Новгорода (за ними два овина).

Каждую неделю у нас проходят совещания с участием заказчика (МКУ «ГлавУКС Нижнего Новгорода), подрядчиков, представителей городской администрации, регионального министерства культуры, специалистов нижегородской компании «АР-Групп», которые взяли на себя авторский надзор. Это большая комиссия, которая следит за ситуацией. И это хорошо, потому что это протокол, это фиксация замечаний, предложений…

– А что с остальными объектами?

– У нас уже разработаны проекты реставрации следующих пяти объектов. Это изба Обухова середины XIX века, амбар из села Пятницкое конца XIX столетия, амбар Грошевой конца XIX века, баня Сутягиной конца XIX столетия и водяная мельница конца XIX века. Получена историко-культурная экспертиза от федеральных экспертов, документация сдана на согласование в управление государственной охраны объектов культурного наследия Нижегородской области, после согласования мы отдадим сметы на проверку и надеемся, что к августу этого года пройдут аукционы, будут заключены контракты и начнется реставрация.

На 2021 год у нас остаются четыре финальных объекта: наша большая Покровская церковь 1731 года, изба Пашковой середины XIX века, амбар Коневой второй половины XIX столетия и изба Салтыкова конца XVIII – начала XIX веков.

Так что у нас практически все объекты переходящие, но наша задача – чтобы 10 объектов были отреставрированы к 800-летию и мы смогли открыть музей ко Дню города в августе 2021-го. Во всяком случае, значительная часть экспозиции будет открыта для посетителей. А работа по четырем объектам предположительно будет продолжаться, и они перейдут на 2022 год.

– Времени осталось мало.

– У нас все сроки рассчитаны по минимуму, и сокращать их еще – просто загубить памятники. Любая деревянная конструкция дает усадку, а у нас здесь объекты культурного наследия, во время реставрации которых будет соединяться старая и новая древесина. В чем уникальность, необычность, сложность нашего музея? Мне бы очень хотелось, чтобы это понимали все, кто принимает решения: у нас реставрация должна быть эталонной. То есть мы должны показывать всем – специалистам и посетителям, – как должна быть проведена реставрация на научной основе. Музей вообще создан ради этих объектов, ради того, чтобы сохранить деревянное зодчество. В 2017 году принят ГОСТ, национальный стандарт РФ по сохранению объектов культурного наследия, памятников деревянного зодчества. Надо работать по принятым методикам.

– Но важна не только реставрация, важно и благоустройство территории музея в целом.

– Безусловно. Невозможно допустить, чтобы объекты были отреставрированы, а вся территория осталась в таком же состоянии, как сейчас. Необходимо сформировать входную зону, создать инфраструктуру для приема посетителей – теплое кафе, сувенирные лавки, нормальную кассу… Нам не хватает малых архитектурных форм и мест отдыха, ведь посетители могут проводить в музее целый день. Должны быть дорожки с аутентичным покрытием, необходимые детали, которые воссоздали бы вид деревни XIX века.

Для этого необходимо разработать проект благоустройства. Пока его нет, потому что нет средств.

– А что будет сделано для улучшения условий работы сотрудников музея? Сейчас они не сильно отличаются от жизни в деревне XIX века…

– Предполагается, что как раз в рамках проекта благоустройства территории будет решаться вопрос и с административным зданием, проведением всех необходимых коммуникаций, обеспечивающих жизнедеятельность музея.

Понимаете, сотрудники музея очень хорошо представляют, что можно сделать на этой территории, какие экспозиции развернуть, какие выставки проводить, какие мероприятия! Мы знаем, какие экспедиции провести, чтобы пополнить коллекцию нашего музея-заповедника, которая, поверьте, очень богатая, просто показать нам все это богатство негде. У нас много наработок, идей, осталось создать возможность для их представления. Мы понимаем, что объем экспозиционного пространства увеличится – все дома реставрируются с дворами, но мы знаем, чем это наполнить. Это большая работа научного отдела, которая как раз ведется параллельно с реставрацией.

– Как будет работать «Щелоковский хутор» в этом году? Событийная составляющая свернется?

– Наш график изменился, массовых мероприятий не будет, но мы пока оставляем прием организованных групп. Так будет точно до сентября. Когда определятся подрядчики по другим пяти объектам и начнется следующий этап реставрации, мы, скорее всего, закроемся на какой-то срок, но постараемся, чтобы он был непродолжительным. Музей востребован, люди приходят. Вот в феврале, как только мы перешли на новое расписание, в один из выходных дней мы провели экскурсии для 13 групп!

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №9 от 26 февраля 2020

Заголовок в газете: Марина Бугрова: «Музей создан ради этих объектов, чтобы сохранить деревянное зодчество»