Почему в общественном транспорте пассажиров накрывает скорбное бесчувствие

22.03.2018 в 13:20, просмотров: 1419

Я редко пользуюсь городским транспортом. Не потому, что тороплюсь. Опыт показывает, что по трамвайному кольцу в часы пик на «двойке» ехать приятнее и быстрее, чем на машине. Причина того, что несколько лет назад я пересела на такси – предпочтение сидячей позиции.

Почему в общественном транспорте пассажиров накрывает скорбное бесчувствие
Фото: Евгений Алексеев

Последней каплей, после которой чаша терпения расплескалась по салону трамвая, был проезд с сыном в животе, незадолго до его рождения. Видимо, я выглядела как маниакальный любитель плюшек, накопивший строго локализованные отложения жиров, дисгармонирующие с впалыми щеками и тощими запястьями и щиколотками. В общем, нужно было обладать параноидальной фантазией, чтобы представить, что это пикантная пухлость, но, видимо, других версий у пассажиров не возникло.

Половину сидячих мест занимали розовощекие богатыри и пышущие разными видами удовлетворенности юные фемины. Вид за окном трамвая настолько поражал их воображение, что конечности были парализованы точно до приближения к нужному месту. В момент объявления остановки их волшебным образом расклинивало – и тут же колдовство валило с ног на теплое насиженное сиденье новую молодую жертву.

Умудрилась поймать взгляд одного из добрых молодцев, смотрю прямо в глаза, сын излучает потребность в покое через мои зрачки – не встает! Вот зараза! Я решила не подвергать себя «черной порче» и начала размещать свой живот в автомобиле.

Не могу сказать, что нижегородцы – люди недобрые. В целом мои земляки, живущие в старинном купеческом городе, унаследовали от предков душевную щедрость. Но в общественном транспорте их накрывает скорбное бесчувствие.

Наверняка кто-то считает, что это проблема воспитания, что в советских школах учили Родину любить, а старикам, женщинам и детям место уступать, а теперь уровень образования упал и валяется. Я с этой гипотетической позицией не согласна. Хочу предположить, откуда у нижегородцев такой, извините, нестояк.

Эта грубоватая метафора с сексуальным оттенком неслучайна, потому что потенция – это не только про секс, а еще и про потенциал, про внутренние ресурсы личности. И, с моей точки зрения, причина духовной импотенции, которая складывает относительно здоровых пассажиров городского транспорта пополам, – отсутствие эмпатии.

Эмпатия – способность, возможность и навык осознанно сопереживать эмоциональному состоянию другого человека. Это уровень чувствительности, позволяющий человеку выстраивать здоровые отношения с окружающими людьми. Собственно говоря, это уникальное свойство психики, которое лежит в основе энергетического обмена. И это не эзотерический термин: об энергии как важном для социума инструменте коммуникации говорят практикующие психологи и психотерапевты. Чтобы быть здоровым, важно корректно коммуницировать, испытывать эмпатию. Чтобы поддерживать жизненные ресурсы, необходимо сопереживать.

Может показаться, что эмпатию можно воспитать методом декларирования правил. Но «правило» – это то, что правит, то есть исправляет. Другими словами, если в человеке что-то криво, то правило принудительно выпрямит эту кривизну.

Мне посчастливилось несколько лет изучать принципы древнекитайской медицины под руководством потомственного целителя, эксперта по традиционной и нетрадиционной медицине Цзи Сяогана. Мой наставник полагает, что здоровье – это не просто физическое состояние, но взаимодействие трех составляющих личности: тела, эмоций и сознания. И если у человека случается ущерб эмоциональный и духовный, тело тоже не может остаться здоровым.

Больше того, китайский медик уверен, что здорового человека не нужно «править» – гармония на трех уровнях не позволит переступить ту грань, которая может навредить окружающим или даже остаться равнодушным, когда рядом кто-то испытывает дискомфорт. По его словам, правила нужны только нездоровым людям.

Возможно, стоящие в трамвае беременные и старики – симптом болезни социума, которая поразила и мой родной город. И меня как автора, пытающегося разобраться в непростых и неоднозначных проявлениях человеческой психики, это уже не удивляет. Общество развивается таким образом, что эмоциональность и чувственность постепенно теряют значимость, а привычка демонстрировать состояние, которое не соответствует истинным чувствам, одобряется и поощряется с все большим энтузиазмом. Keep smailing! Улыбайся, чего бы тебе это ни стоило! Терпи, страдай молча! Не показывай никому настоящие эмоции! Пусть все думают, что у тебя все отлично!

Возможно, это век блистательной имитации чувств, век симуляции радости, век эмоционального лицемерия – и вырождения эмпатии.

Я доверяю древнему китайскому знанию и уверена, что бессмысленно учить детей и молодых людей правилам поведения в общественных местах. Гораздо важнее – не убивать способность искренне выражать свои эмоции и оставаться чуткими к переживаниям окружающих. И не учить, а помогать развивать чувственную сферу: плакать, когда хочется плакать, гневаться, когда есть гнев, говорить о страхе, когда страшно, не бояться признаваться, что внутри, в душе, все болит – это как раз более здоровое состояние, чем маска с улыбкой. И возможно, в трамваях моего любимого города и других городов будут ездить не зомби с атрофированными на несколько остановок ногами, а живые и здоровые, переживающие и сопереживающие люди. Дай бог моим землякам этой духовной и эмоциональной потенции!