Спецоперация «Фельдшер»

«Дело врачей» перебралось в Павловский район?

22.02.2012 в 13:46, просмотров: 1918

В прошлом номере мы рассказывали о метаморфозах, которые происходят в Павловском районе: в селе Абабково жители проживают в виртуальных квартирах и с аварийным водопроводом, который вот-вот может прорвать, а в самом райцентре за взятку конфетами и колбасой возбудили уголовное дело против 90-летнего врача-блокадницы (правда, после критики главы региона и публикаций в СМИ следственный комитет отменил свое решение). Сейчас нам стало известно о судьбе фельдшера, которая, как выражаются жители Абабково, «попала под раздачу», когда прокуратура взялась за борьбу с «оборотнями в белых халатах».

Спецоперация «Фельдшер»

Чьи цифры?

Для начала стоит вспомнить, что за ходом борьбы с такими «оборотнями» в соседнем Сосновском районе внимательно наблюдал уполномоченный по правам человека по Нижегородской области Василий Ольнев. Ознакомившись с материалами дела, он вступился за врачей. По мнению Ольнева, подобное судопроизводство кажется «притянутым за уши».

Павловчанка Альфия Фаридовна Перевезенцева проработала фельдшером в абабковской сельской лаборатории 24 года. Среди сельчан она пользуется заслуженным уважением, еще бы - единственный врач в округе, кандидат наук! Вдобавок троих детей воспитала, старший сын преподает в медицинской академии Нижнего Новгорода.

В принципе, обвинение, как под копирку, напоминает дело сосновских врачей. Перевезенцеву обвинили в том, что она, якобы, давала неверные сведения о населении главному врачу ЦРБ, и тот, опираясь на эти данные, в течение пяти лет незаконно выплачивал ей федеральную надбавку в 10 тысяч рублей как участковому терапевту. Фельдшер обвиняется в мошенничестве: она нанесла государству урон в полмиллиона рублей. Важно, что данные о количестве обслуживаемого населения сама врач не писала. В бумагах стоит только ее подпись, а все сведения ей присылались из павловской ЦРБ!

- Вот смотрите, - показывает Альфия Фаридовна, - это дополнительное соглашение. В нем прописью только моя подпись. И я действительно только расписывалась. Все остальные данные присылались мне готовыми. Мало того, я узнала, что эти данные идут даже не из павловской администрации, а из Москвы.

Складывается странная ситуация. Распределением участков и определением нагрузки на врачей занимаются главврач ЦРБ и его экономисты. Также их курирует соответствующий специалист в администрации района. И если цифры, которые они присылают сельскому фельдшеру, неверные и завышенные, то отвечать должны они. Но крайним становится земский врач.

В традициях гестапо

Собственно об этом фельдшер и рассказала, когда ее первый раз вызвали в прокуратуру. Повторный допрос состоялся в павловском ОБЭПе, где женщину в лучших традициях гестапо посадили на сломанный стул, вспоминает Перевезенцева, и в течение трех часов допрашивали два следователя. Альфия Фаридовна повторила то же самое. После этого она отправилась в ЦРБ, где и главврач, и экономисты сообщили, что никакой вины ее нет.

А далее события напоминали сельский боевик. В разгар рабочего дня в лабораторию пришли милиционеры.

- Их было пять-шесть человек, причем только один в форме, - продолжает Альфия Перевезенцева. - Они велели мне остаться, закрыли кабинет и стали перетряхивать все бумаги. Что искали – не пояснили. Вытащили из компьютера жесткий диск. Пока шло это действо, меня дважды вызывали к больным, но мне не разрешили выйти. Даже в туалет я могла пойти только «в сопровождении». Мне предложили подписать какие-то бумаги - я отказалась. После этого сообщили, что проведут обыск в доме.

Мне было стыдно, что меня как арестантку поведут по селу. Дома стражи порядка напугали дочь и переворошили все, что можно. Что они искали, я так и не поняла, а они не говорили.

Потом фельдшер узнала, что какие-то люди ходили по домам ее пациентов и расспрашивали о ней. От таких расспросов у одной из пациенток случился инсульт.

Сейчас павловский суд все еще рассматривает дело земского врача. Во время процесса уже бывший главный врач павловской ЦРБ заявил, что он ничего не знал и данные ему предоставлялись экономистами, а он просто подписывал эти бумаги. В результате судебных заседаний выяснилось, что обвинительное заключение было составлено неправильно, и дело вернули на дорасследование.

- Если честно, мне стыдно по селу ходить и смотреть в глаза больным, - вздыхает Альфия Перевезенцева. - Это же деревня… Даже если дело против меня просто замнут, люди все равно коситься будут… А оправдательных приговоров в павловском суде не выносили…